Геннадий Юрьевич Коростелёв, чья фамилия всегда казалась ему нелепым ярмом, идеально подходящим к его серой, как осеннее небо, жизни, даже не подозревал, что судьба готовит ему крутой разворот. Скучное существование в типовом райцентре с вечно хмурыми лицами и одинаковыми пятиэтажками внезапно взорвалось сенсацией: роясь в бабкином сундуке, он наткнулся на пожелтевшую справку из роддома, из которой следовало, что его настоящий отец — не Коростелёв, а некий полковник Цезарь, проездом оказавшийся в их краях и исчезнувший, как комета, оставив после себя только гордую фамилию и сбитую с толку мать. Эта новость ударила Геннадию в голову покрепче самогона: он вдруг осознал, что всё это время был не никем, а носителем великого имени, пусть и по ошибке записанного в паспорте иной буковкой. Забросив скучную работу, он с головой погрузился в чтение Плутарха и Светония, начал водить пальцем по картам, представляя, как его собственные легионы переходят Рубикон, и вскоре вся округа с изумлением наблюдала за метаморфозой: бывший бухгалтер с брюшком и залысиной важно прогуливался по улицам, мысленно облачившись в тогу, и свысока поглядывал на соседей, этих современных плебеев, не ведающих своей истинной судьбы. Конечно, со стороны это выглядело комично — этакий император самозваный, но именно это безумное открытие подарило Геннадию Юрьевичу то, чего ему так не хватало: ощущение, что он не винтик в механизме, а творец. Он переехал в заброшенный посёлок, решив начать жизнь с чистого листа и основать там новое государство, ведь если покопаться в истории, любой великий переворот начинался с того, что один чудак посмотрел на себя в зеркало и сказал: я не просто человек, я — Цезарь, и ключи от всех закрытых дверей не в сейфах у сильных мира, а здесь, в моей голове.
